logo

Mass Effect 3 — Дрю Карпишин о возможном финале трилогии

Mass Effect 3


Дрю Карпишин, в прошлом сотрудник BioWare и главный сценарист Mass Effect и Mass Effect 2, в интервью канадскому игровому радио шоу VGS, рассказал о своем видении трилогии и о том, какой могла бы быть концовка.

Сюжет должен был бы разворачиваться вокруг темной энергии — сам факт ее существования упоминался несколько раз в Mass Effect 2, (помните миссию по спасению Тали-Зоры на Хестроме?) и был благополучно забыт.

Карпишин отошел от дел незадолго до окончания работы над Mass Effect 2. К началу работы над третьей частью его полностью заменил Мак Уолтерс.

Несмотря на то, что сам Карпишин назвал свой вариант сюжета трилогии «недоработанным», он достаточно подробно рассказал о том, как могли бы развиваться события.

«Темная энергия была чем-то, доступным только органикам — в силу различных техно-магических причин, с которыми мы так окончательно и не определились. Но я думаю, что при помощи темной энергии можно было добиться волнового эффекта в пространственно-временном континууме.

Возможно, Жнецы уничтожали органические расы, потому что их развитие, особенно при злоупотреблении биотической и темной энергиями, могло вызвать мировую энтропию, влекущую за собой уничтожение вселенной. Бессмертным Жнецам такое понравиться не могло.

Тогда мы подумали, ну что ж, пойдем дальше. Возможно, Жнецы будут искать способ остановить это безобразие. Может быть, в поисках альтернативы этому Большому Взрыву они поняли, что для того, чтобы остановить развивающуюся энтропию, им нужна биотика. Но раз они не владели биотикой, они стали искать расу, способности которой могли бы им пригодиться. Тут на ум приходят Азари и Протеане.

Конечно, все это очень расплывчато и не конкретизировано, это просто варианты, которые мы рассмотрели, но в конечном счете пошли в другом направлении».


Финал трилогии — очень популярная тема у фанатов Mass Effect. То, что придумал Уолтерс, не нашло отклика у огромного количества игроков. Но Карпишин сомневается, что его идеи понравились бы фанатам больше.

«Забавно как фанаты, ухватив пару вещей, которые они хотели бы услышать, потом уже додумывают остальное так, как им хочется. Это как выдуманное программное обеспечение — оно же практически идеально, только вот никто его никогда не видел и не увидит. С играми так всегда — постоянно кто-то говорит о том, что скоро выйдет какая-нибудь величайшая игра. Только проблема в том, что она остается величайшей только до момента релиза. Я не очень-то хочу рассказывать о том, что мы придумали, потому что людям это скорее всего бы тоже не понравилось.

У нас было несколько действительно безумных идей, — продолжил Карпишин. — Например, мы придумали, что Шепард на самом деле — инопланетянин, но сам об этом не догадывается. Но потом мы подумали, что это у нас уже было — Реван из Knights of the Old Republic».

Что еще более удивительно, Карпишин упоминает отринутую идею для сюжета второй части игры, которая очень сильно напоминает то, что Уолтерс в конце концов выбрал для Mass Effect 3 и завершения серии.

«У нас была идея, что Шепард переродится в некое подобие машины, превратится в киборга, который заполонит станет связующим звеном между синтетиками и органиками — тема их взаимодействия очень важна для игры, — сказал автор в заключение. — В какой-то момент мы решили, что таким образом мы перенесем Шепарда в Mass Effect 2».