logo

Дэвид Гейдер о работе над разнообразием персонажей

Вопрос от фаната:

Когда вы работаете над женскими персонажами, натыкаетесь ли вы на какие-нибудь проблемы, несмотря на то, что ознакомлены, в концептуальном плане, с их стандартной сюжетной линейкой? Я знаю, в каком направлении мне лично хотелось бы, чтобы они пошли, дабы они стали (в надежде) интереснее, но это не решает проблемы с разными взглядами на это. Возможно, что все дело в страхе...

Хм. Боюсь, что нелегко подобрать ответ на такой сложный вопрос.

Мне не кажется, что у меня есть какие-то проблемы с написанием женских персонажей, но то, что я так думаю, необязательно значит, что я справляюсь с этим хорошо. Кто-то считает, что я пишу их хорошо, а кто-то, что нет. Я думаю, что все в итоге упирается в мое собственное мастерство сценариста, нежели в характер какого-либо персонажа, который не похож на меня.

Когда работаешь над любым персонажем, у него обязательно должно быть что-то, с чем могла бы образоваться связь между вами. Я справился с работой над Коулом в «Маске Призрака» не потому что у нас похожие характеры или я знаю, каково это убивать, а потому что я знаю, как чувствует себя одинокий человек, который словно оторван от всех окружающих его людей. Который чувствует себя невидимым. У меня получилось написать Фенриса не потому что я знаю, каково быть рабом или представителем униженной расы эльфов, а потому что я знаю, что представляет из себя бессильная ярость из-за плохого обращения с тобой в прошлом. То же самое касается Морриган — ее я смог написать, потому что мне знакомо ее чувство цинизма и ее неприязнь к формированию новых отношений, а не потому мне было что сказать по поводу отношений между сестрами (может, правда, так и получилось случайно, но я к этому не стремился).

Это также касается моего написания такого прямолинейного персонажа, как Алистер. Я знаю, каково это чувствовать привязанность к кому-то, стесняться или неуклюже ухаживать за кем-то. Не так уж сильно это отличается.

Если с чем-то у меня и бывают трудности — это с созданием достоверной истории для такого рода персонажей. Я могу написать персонажа-женщину, если обращусь к тем ее качествам, которые близки мне, я даже могу использовать для этого свои черты женственности (если я буду честен), но даже с ней я все равно не смогу поведать историю с настоящими женскими качествами. По той же причине мне бы не хотелось работать над черным персонажем и пытаться рассказать о настоящем опыте жизни черных людей в Америке. Это не значит, что я никогда не возьмусь писать женского или черного персонажа, но мне бы хотелось истории с такими персонажами ограничить по сравнению с теми, в которые я могу добавить какую-то часть правды.

Если вы беспокоитесь, не нарушили ли вы это правило в процессе написания, то, возможно, вы зашли чуточку далеко в плане повествования персонажей, затронув такую тему, в которой вы не разбираетесь, но при этом не хотелось бы что-то менять — достаточно обратиться к человеку, который разбирается в нужной теме, чтобы это решить. Я смог написать персонажа Мэйварис Тилани в комиксах не потому что я могу поделиться опытом транссексуала, я действительно хотел услышать мнение настоящего транссексуала, который бы проверил написанное и указал на возможные ошибки. У меня в команде работают женщины, которые могут, в случае чего, оценить моих женских персонажей и сказать, где я ошибся в каких-то диалогах, впихнув туда то, что ни одна женщина в мире никогда не скажет; что, к слову, произошло всего один раз (и если быть откровенным, меня это загнало в тупик даже при том, что я последовал их совету). И это вполне удобно, ведь в таком случае я могу больше сосредоточиться на персонажах, которых у меня получается писать правдиво, вместо того, чтобы натыкаться на опасные территории.

Вы правы в том, что страх играет огромную роль, когда дело касается написания персонажей, с которыми вам нечего разделить. Однако, часть такого опыта заключается в том, что вы открываете для себя какие-то новые черты и не ограничиваетесь какими-то глупыми ярлыками, которые вы повесили на себя. Мы все, в какой-то мере, понимаем, что такое мужественность и что такое женственность. Мы фантазируем о сексуальном опыте с людьми, о которых в нормальной обстановке даже в голову мысль не придет. Глубоко внутри мы все знаем, каково это — быть ничтожеством или чувствовать ярость, обдумывать суицид или совершать убийство. Это всего лишь часть существования человека — иметь способность и возможность ко всем этим вещам, как плохим, так и хорошим... и доля работы сценариста заключается в том, чтобы не бояться обращаться к этим вещам, а также уметь их чувствовать, когда нужно.

Кто-то скажет, что это темная сторона работы сценариста, но это также может быть источником радости и сочувствия.

Перевод: malign, www.BioWare.ru